Юридические термины и определения российской федерации

Правоведение для чайников — 28. Юридические термины

Юридическая техника
Юридическая техника – это правила подготовки и оформления правовых документов. Два основных вида юридической техники: законодательная (она же «нормотворческая») и правоприменительная. Законодательная техника – это правила написания законов и подзаконных актов, правоприменительная – это правила написания судебных решений и постановлений об административных правонарушениях.
Юридическая техника должна делать правовые тексты простыми, понятными и логичными. Для этого применяют несколько приёмов. Так, каждый акт (закон или судебное решение) имеет наименование, название госоргана, который его принял, дату и место принятия. Текст закона обычно структурирован по разделам, главам, статьям, частям и пунктам.
Известный приём юридической техники: выделение в некоторых законах «Общей части» (общих предписаний и принципов) и «Особенной части» (более детальных норм). Например, Общая часть УК РФ (ст. 1-104.5) рассказывает, что такое «преступление», «вменяемость», «наказание», «соучастие», «покушение», «совокупность преступлений» и т. д. А Особенная часть УК РФ (ст. 105-361) описывает конкретные составы преступлений и наказания за них.
Иногда куда-то в середину действующего закона нужно вставить новую статью. Например, в законе, состоящем из двадцати статей, нужно прописать норму между статьями 11 и 12. Можно было бы дать новой статье номер 12, бывшую 12-ю переименовать в 13-ю, бывшую 13-ю – в 14-ю и т. д. Но тогда вся нумерация полетит к чертям, а судебные решения, имеющие ссылку на этот закон, сразу станут непонятными. Чтобы этого не происходило, новую статью добавляют под номером 12.1. А поскольку законы у нас меняют часто, в них и появляются многочисленные статьи с номерами вроде 5.65, 10.1.4 или 7.1-1.
В идеале законы и судебные решения должны быть краткими, понятными и однозначными. Однако в России качество юридической техники очень низкое и становится только хуже.
Для сравнения – принятый при Наполеоне французский Гражданский кодекс был написан таким простым и ясным языком, что писатель Стендаль рекомендовал читать его для «получения вдохновения и ощущения красоты французского языка».
Нынешние российские законы никакой нормальный человек для вдохновения читать не станет. Их пишут очень косноязычные люди, которые русский язык не любят и никакой красоты в нём не находят. Из всех текстов на русском языке именно юридические документы наиболее запутанные, трудночитаемые и многословные.
Больше всего бросается в глаза форма изложения. Скажем, автор закона никогда не сократит слово «Российская Федерация» до «РФ» – это будет выглядеть несолидно. В результате появляются громоздкие конструкции вроде «Председатель Правительства Российской Федерации в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными законами и указами Президента Российской Федерации определяет основные направления деятельности Правительства Российской Федерации и организует его работу» (ст. 113 Конституции РФ).
Многие авторы законов не умеют пользоваться абзацами. Скажем, если вы захотите узнать о сроке привлечения к административной ответственности и откроете ст. 4.5 КоАП РФ, то испытаете затруднение. Дело в том, что первая часть этой статьи представляет единый абзац в стиле: «постановление не может быть вынесено по истечении двух месяцев по таким-то правонарушениям, по истечении года – по таким-то правонарушениям и т. д.». Самих этих правонарушений очень много, и сложно найти момент, где заканчивается одна категория и начинается другая.
Законодатели не знакомы с простейшими приёмами сокращения текста. Яркий пример – ФКЗ «О судах общей юрисдикции в РФ». Поскольку в России есть разные виды регионов, то и главный суд региона называют по-разному: «верховный суд республики», «краевой суд», «областной суд», «суд города федерального значения», «суд автономной области» и «суд автономного округа». Все они обычно имеют одинаковые функции, прописанные в разных статьях закона. Казалось бы, можно перечислить их где-то в первой статье закона и указать, что далее они будут обозначены словосочетанием «региональный суд». Но нет, в законе каждый раз всё это перечисление идёт целиком: «верховный суд республики, краевой, областной суд, суд города федерального значения, суд автономной области, суд автономного округа действуют в таком-то составе» и т. п.
Проблемы есть не только с формой, но и с содержанием. Иногда разные статьи одного и того же закона дают противоречивые указания. Пример – ФЗ «О миграционном учёте…». В начале он указывает, что иностранец должен встать на миграционный учёт (в народе это называют «сделать регистрацию») «по истечении 7 рабочих дней со дня прибытия в место пребывания» (ст. 20 ч. 2). Место пребывания – это жилое помещение, где он будет жить. Получается, что, если иностранец путешествует по России, проводя в каждом месте не больше 7 дней, ему вообще не нужно вставать на миграционный учёт. Но потом тот же закон, говоря о лицах, не подлежащих постановке на миграционный учет, помимо моряков, дипломатов, пилотах и т.п., упоминает лишь об иностранцах, прибывших в страну «на срок не более 7 дней» (ст. 20 ч. 6). То есть получается, что иностранец, проведший в России больше 7 дней, все-таки должен встать на учёт. Причем здесь срок почему-то сокращают до семи календарных дней вместе рабочих. Как всё это понимать – неизвестно.
Про многочисленные каучуковые нормы, которые каждый волен понимать по-своему, я уже писал.
Качество написания законов различается. Неплохим языком написаны частно-правовые кодексы: Трудовой, Гражданский и Семейный. Но как только мы переходим к публичному праву, где государство описывает правила своей работы, законы становятся всё более запутанными и сложными для понимания. Самые неудобочитаемые законы, на мой взгляд, – это КоАП, УПК, Налоговый кодекс и ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ».
Ещё интересно, что в России нет общепринятой системы наименования законов. Одни законы названы по схеме «О чём-то в Российской Федерации», другие – «О чём-то Российской Федерации», а третьи – просто «О чём-то». Например, у нас есть федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации», но одновременно – федеральный закон «О полиции» (без указания на РФ), есть ФЗ «О системе государственной службы РФ», и одновременно – ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», есть ФЗ «О таможенном регулировании в РФ», но одновременно – ФЗ «О техническом регулировании», есть ФЗ «Об оценочной деятельности в РФ», но одновременно – ФЗ «Об аудиторской деятельности».
В некоторых законах статьи делят на части, в других – на пункты, а в третьих – просто на абзацы без нумерации (как в Трудовом кодексе). Иногда в начале закона основные понятия излагают в алфавитном порядке, иногда – в порядке уменьшения значимости, иногда – в случайном порядке.
В общем, юридическая техника – одна из самых слаборазвитых сфер в российском праве, где ещё многое представит сделать. К сожалению, на юридических факультетах не изучают русский язык и литературное редактирование, поэтому юристы часто не умеют ясно выражать свои мысли. Чтобы научиться писать лучше, рекомендую юристам (особенно судьям и законодателям) ознакомиться с книгами «Слово живое и мёртвое» Норы Галь и «Пиши, сокращай» Максима Ильяхова и Людмилы Сарычевой.
Лирическое отступление: неуловимая подсудность
Закон не должен быть понятен абсолютно всем. Есть термины, которые знают лишь юристы или читатели этой книги: «источник права», «нормативный правовой акт», «правоотношение», «отрасль права» и т. д. Но даже юристы с трудом понимают некоторые законы из-за многословности текста и обилия однородных членов, причастных и деепричастных оборотов и придаточных предложений.
Характерный случай произошёл с адвокатом Игорем Труновым в конце 2016 г. Он представлял в России интересы французского музыканта Дидье Маруани и обратился в суд с иском к певцу Филиппу Киркорову о взыскании компенсации за предполагаемый плагиат.
Нужно было решить, в какой суд подавать иск. По общем правилу, в суд нужно идти по месту жительства ответчика. Однако Трунов, видимо, прочитал в Гражданском процессуальном кодексе следующую норму: «Московский городской суд рассматривает в качестве суда первой инстанции гражданские дела, которые связаны с защитой авторских и (или) смежных прав, кроме прав на фотографические произведения и произведения, полученные способами, аналогичными фотографии, в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети «Интернет»» (ч. 3 ст. 26 ГПК РФ).
Вроде бы текст не самый длинный, но неясно, как его понимать. Первый вариант – «Мосгорсуд рассматривает… дела, которые связаны с защитой авторских… прав (кроме прав на фотографические произведения…) в информационно-телекоммуникационных сетях». Второй вариант – «Мосгорсуд рассматривает… дела, которые связаны с защитой авторских… прав (кроме прав на фотографические произведения… в информационно-телекоммуникационных сетях)». В первом случае Мосгорсуд рассматривает все дела о защите авторских прав, кроме прав на фотографии в интернете; во втором – Мосгорсуд рассматривает все дела о защите авторских прав в интернете, за исключением прав на фотографии.
Трунов истолковал эту норму первым способом. Однако Мосгорсуд вернул иск, сославшись на ошибку в подсудности. Оказалось, что всё же верен второй вариант, и дело пришлось начинать заново.
«Насколько легко этот смысл уловить вот в этой страшной конструкции? – задаётся вопросом юрист Николай Чудаков. – Нет, это возможно, конечно. Если вытаскивать его аккуратно – как будто обезвреживая бомбу. Но насколько легко? И какова вероятность ошибиться?.. В общем, неудивительно, что юристы ошибаются. Вот только непонятно, зачем так писать законы» («Тест Тьюринга для адвоката Трунова»).
Другие термины
Правотворчество – это создание, изменение или отмена правовых норм. Наиболее важные виды правотворчества: законотворчество, подзаконное правотворчество и непосредственное правотворчество. Законотворчество – это когда парламент страны принимает законы. В России, соответственно, этим занимается парламент – Федеральное собрание (Государственная Дума плюс Совет Федерации). Подзаконное правотворчество – разработка и принятие подзаконных актов. Этим занимаются президент, правительство, министерства и ведомства. Наконец, непосредственное правотворчество – это когда народ на референдуме принимает или отвергает какой-то закон или решает тот или иной вопрос.
Есть ещё судебное правотворчество – это когда суды создают нормы права, фиксируя их в судебных решениях. Это больше характерно для стран с прецедентным правом (Англия, США и т. д.), но и в России, как я уже сказал, судебная практика играет важную роль.
Толкование права – установление смысла правовой нормы. На первый взгляд, процесс несложный: просто читай, что написано. Но нужно представлять себе не только конкретную статью, но и понимать, в каком законе она находится, нет ли из этого правила исключений, можно ли применить эту статью к данной ситуации и т. д. Не зная этих тонкостей, можно попасть впросак. Толкование права делят на уяснение (когда человек выясняет смысл нормы, принимая решение) и разъяснение (когда он разъясняет смысл другим людям – например, в судебных решениях).
Лучшая книга о толковании закона – изданное в 1913 г. «Руководство к толкованию и применению законов» Евгения Васьковского. Книга написана хорошим языком и содержит много ярких и остроумных примеров из законодательства Российской империи.
Правосознание – совокупность взглядов на право. Правосознание может быть у отдельного человека (индивидуальное), у группы людей (групповое) и у целого народа (общественное). Например, отношение к праву разное у адвокатов, судей, полицейских, заключённых. Также отличается отношение к праву у немцев, американцев, русских, китайцев или узбеков. Для одних людей право – наиболее полное выражение справедливости, для других – правила, навязанные государством, для третьих – тёмный лес за семью печатями. Считается, что в России уровень правосознание очень низкий. У нас даже судьи, чиновники и полицейские не уважают право и часто нарушают закон, а простые граждане следуют их примеру.
Права человека – устойчивый термин, обозначающий те права людей, которые обеспечивает государство. Т.е. в понятие «права человека» не входит право арендодателя требовать деньги от арендатора и другие подобные вещи. Нет, сюда включаются лишь те права, которым соответствуют различные обязанности государства: разобрать спор в суде, исполнить решение, не подвергать человека пыткам, не вмешиваться в его частную жизнь, не запрещать ему высказывать своё мнение и т. д.
Термин «права человека» возник после Второй Мировой войны, когда в документах нужно было зафиксировать, какие права есть у разных людей в разных странах. Наиболее известный документ такого рода – Всеобщая декларация прав человека (1948 г.).
Юрисдикция (лат. jurisdictio – суд, судопроизводство) – полномочие давать правовую оценку фактам, разрешать споры о праве, решать какие-либо юридические вопросы. Я уже упоминал об этом слове, когда говорил о российской судебной системе. Касается оно не только судов, но и других государственных органов, особенно тех, которые привлекают к административной ответственности.
Правоохрана или охрана права – это деятельность по охране права от нарушений. Она нужна, чтобы граждане исполняли свои обязанности и могли свободно реализовывать свои права и свободы.
Правомерное поведение – это поведение, которое соответствует нормам права. Т.е. человек выполняет возложенные на него обязанности, не нарушает запреты и, если хочет, реализует принадлежащие ему права.
Юстиция (лат. justitia, произв. от jus – право и означающее справедливость, правосудие) – многозначный термин. Оно обозначает разные правовые учреждения (например, Министерство юстиции), совокупность судов либо их деятельность.
Правопорядок – порядок в обществе, основанное на праве и законности.
Законность – строгое соблюдение законодательства всеми субъектами права (людьми, организациями, государством)
Резюме
Существует три способа изложения норм права: прямой, отсылочный и бланкетный. Последний – самый сложный. Это когда в законе прописано только наказание за нарушение правил, но нет ни самих правил, ни отсылки к другой статье.
Систематизация нормативных правовых актов – это их упорядочивание и приведение в единую систему для удобного поиска и ориентирования. В науке выделяют четыре способа систематизации: учёт, инкорпорация, консолидация и кодификация, однако в наши дни актуальны лишь два последних.
Технико-правовые категории – это понятия и принципы, которые используют в праве. К ним относят правовую презумпцию (предположение о наличии или отсутствии определённых фактов), юридическую фикцию (несуществующее положение, признаваемое законодательством в качестве существующего), преюдицию (обязанность суда принять факты, ранее установленные другим решением суда) и правовую аксиому (положение, принимаемое без доказательств в силу его очевидности).
Пробел в праве – это отсутствие нормы права, согласно которой должен решаться какой-то вопрос. Различают мнимые и реальные пробелы в праве. Мнимый пробел (он же «квалифицированное молчание») – это когда авторы закона сознательно оставляют вопрос открытым. Реальный пробел – это недостаток правовой системы и ущербность законодательства.
Суд может восполнять пробел в праве при помощи аналогии закона или аналогии права. Аналогия закона – это когда решение принимают на основе нормы закона, регулирующей схожую ситуацию. Аналогия права – это когда решение выносят на основе общего смысла и духа законодательства. «Субсидиарное применение права» – это когда пробел заполняют при помощи нормы из другой отрасли права.
Коллизия в праве – это когда один и тот же вопрос регулируют несколько правовых норм. Это могут быть как нормы права разных государств, так и нормы, установленные одним государством.
Юридическая техника – правила подготовки и оформления юридических документов. Два основных вида юридической техники: законодательная (она же «нормотворческая») и правоприменительная. Юридическая техника должна делать правовые тексты простыми, понятными и логичными, но в России с этим большие проблемы.
Правотворчество – это создание, изменение или отмена правовых норм. Толкование права – установление смысла правовой нормы. Правосознание – совокупность взглядов на право. Права человека – устойчивый термин, обозначающий те права людей, которые обеспечивает государство. Юрисдикция – полномочие давать правовую оценку фактам, разрешать споры о праве, решать какие-либо юридические вопросы.

Формы государственного правления, или Что такое тимократия?

двойной клик — редактировать изображение

Легенда:

Синий цвет – президентские республики, полное руководство исполнительной властью президентом, президент является главой правительства.

Зелёный цвет – президентские республики или директории, где исполнительная власть президента или коллективного исполнительного органа зависит от парламента.

Жёлтый цвет – смешанные республики (полу-президентские, парламентско-президентские, президентско-парламентские) – правительство подотчётно парламенту и президенту, парламент влияет на выбор главы правительства президентом.

Оранжевый цвет – парламентские республики, парламент формирует правительство, в которых исполнительную власть выполняет президент или Федеральный совет, избираемый парламентом. Также парламентские республики, в которых исполнительную власть выполняет премьер-министр

Красный цвет – парламентарные конституционные монархии, парламент формирует правительство, а монарх не обладает реальной властью.

Лиловый цвет – конституционные монархии, в которых монарх обладает реальной властью, часто (но не всегда) при слабом парламенте (дуалистические монархии).

Фиолетовый цвет – абсолютные монархии.

Коричневый цвет – республики, в которых ведущая роль одной партии закреплена конституцией (государства с однопартийной системой).

Оливковый цвет – государства, где не существует основного закона по правительству (военные диктатуры).

Серый цвет – государства, не подходящие ни к одному из выше приведённых определений.

Эта карта показывает формы правления de jure, а не de facto.

Некоторые государства, которые по конституции являются многопартийными, с демократической процедурой формирования власти, могут оцениваться как авторитарные, с доминированием исполнительной власти.

1. Форма государственного правления – элемент формы государства, который определяет систему организации высших органов государственной власти, порядок их образования, сроки деятельности и компетенцию, а также порядок взаимодействия данных органов между собой и с населением, и степень участия населения в их формировании.

Форма правления в узком смысле – это организация высших органов государственной власти (способ организации верховной власти в государстве).

Форма правления в широком смысле – это способ организации и взаимодействия всех органов государства.

Форму правления не следует путать с формой государственного устройства и политическим режимом государства. Все вместе, эти три характеристики дополняют друг друга и описывают форму государства.

Форма правления показывает:

1) система высших органов государственной власти;

2) структуру высших органов государственной власти;

3) какие принципы лежат в основе взаимодействия между органами государственной власти;

4) как строятся взаимоотношения между верховной властью и рядовыми гражданами;

5) в какой мере организация органов государственной власти позволяет обеспечивать права и свободы граждан.

Форма правления является старейшим элементом, характеризующим устройство государства, который начали изучать ещё в Древней Греции. В различных периодах истории форма правления имела различный смысл. Так, в аграрном обществе значение формы правления сводилось лишь к определению того, каким образом замещается должность главы государства – в порядке наследования или путём выборов. По мере разложения феодализма и перехода к индустриальному обществу, сопровождавшегося ослаблением власти монархов, появлением и укреплением народного представительства, формы правления стали развиваться. Наибольшую значимость приобрело не то, как происходит передача власти – наследственный или выборный глава государства в государстве, а то, как организуются отношения между главой государства, парламентом, правительством, как взаимно уравновешиваются их полномочия, – словом, как устроена система разделения властей.

2. Критерии определения формы правления:

1) способ передачи власти (наследование или путём выборов);

2) ответственность высших органов государственной власти перед населением (в монархии глава государства не несёт юридической ответственности, в отличие от главы государства в республике);

3) разграничение властных полномочий между органами государственной власти.

3. Основные формы правления:

3.1. Монархия.

Монархия – форма правления, при которой высшая государственная власть пожизненно принадлежит единоличному главе государства – монарху, который занимает престол по наследству и не несёт ответственности перед населением.

Отличительные признаки монархии:

1) единоличным главой государства является монарх;

2) власть переходит по наследству;

3) монарх юридически безответствен (отстранить монарха от власти невозможно).

Виды монархии:

1) абсолютная монархия (неограниченная) – государство, в котором монарх является единственным высшим органом в стране, и в его руках сосредоточена вся полнота государственной власти (ОАЭ, Оман, Катар). Особой разновидностью является теократическая монархия (Ватикан, Саудовская Аравия);

2) ограниченная монархия – государство, в котором помимо монарха существуют и иные органы государственной власти, не подотчётные ему, а государственная власть рассредоточена между всеми высшими органами власти, власть монарха ограничена на основании специального акта (конституции) или же традиции. В свою очередь ограниченная монархия делится на:

2.1) сословно-представительная монархия – монархия, в которой власть монарха ограничена на основании традиции формирования органов по критерию принадлежности к определённому сословию (Земский собор в России, Кортесы в Испании) и играющих роль, как правило, совещательного органа. В настоящее время подобных монархий в мире нет;

2.2) конституционная монархия – монархия, в которой власть монарха ограничена на основании специального акта (конституции), где существует иной высший орган власти, формирующийся путём выборов представителей народа (парламент). В свою очередь конституционная монархия делится на:

2.2.1) дуалистическая монархия – государство, в котором монарх обладает всей полнотой исполнительной власти, а также имеет часть законодательных и судебных полномочий. Представительный орган в таком государстве существует и осуществляет законотворческие функции, но монарх может наложить абсолютное вето на принимаемые акты и по своему усмотрению распустить представительный орган (Иордания, Марокко);

2.2.2) парламентская монархия – государство, в котором монарх является лишь данью традиции и не обладает какими-либо существенными полномочиями. Государственное устройство в такой монархии строится на принципе разделения властей (Соединённое Королевство, Япония, Дания). Парламентская монархия отличается тем, что статус монарха формально и фактически ограничен во всех сферах осуществления государственной власти. Законодательная власть полностью принадлежит парламенту. Исполнительная – правительству, которое несет ответственность за свою деятельность перед парламентом. Участие монарха в формировании правительства чисто символично.

Абсолютная монархия

Конституционная монархия

Дуалистическая монархия

Парламентская монархия

1

Принадлежность законодательной власти

монарху

разделена между монархом и парламентом

парламенту

2

Осуществление исполнительной власти

монарх

формально – монарх, фактически – правительство

3

Назначение главы правительства

монарх

формально – монарх, но с учётом парламентских выборов

4

Ответственность правительства

перед монархом

перед парламентом

5

Право роспуска парламента

нет парламента

у монарха (неограниченное)

у монарха (по рекомендации правительства)

6

Право вето монарха на решения парламента

нет парламента

абсолютное вето

предусмотрено, но не используется

7

Чрезвычайно-указное законодательство монарха

неограниченное (указ монарха имеет силу закона)

только в период между сессиями парламента

предусмотрено, но не используется

8

Современные государства

Саудовская аравия, Оман

Иордания, Кувейт, Марокко

Соединённое Королевство, Испания, Нидерланды

3.2. Республика.

Республика – форма правления, при которой высшие органы государственной власти избираются народом, либо формируются особыми представительными учреждениями на определённый срок и несут полную ответственность перед избирателями.

Отличительные признаки республиканской формы правления:

1) всегда существует несколько высших органов власти, при этом полномочия между ними разделены таким образом, что один орган независим от другого (принцип разделения властей);

2) главой государства является президент, который осуществляет свою власть от имени народа;

3) высшие органы власти и должностные лица несут ответственность перед населением, которая может быть выражена в следующем:

3.1) они избираются на определённый срок, по истечении которого полномочия могут не продлеваться;

3.2) возможно досрочное прекращение полномочий.

Виды республик:

Республики различаются главным образом тем, какой из органов власти – парламент или президент – формирует правительство и направляет его работу, а также перед кем из названных правительство несёт ответственность.

1) президентская республика – государство, в котором наряду с парламентаризмом в руках президента одновременно соединяются полномочия главы государства и главы правительства. Правительство формирует и распускает непосредственно сам президент, парламент при этом какого-либо значимого влияния на правительство оказывать не может – здесь наиболее полно раскрывается принцип разделения властей (США, Эквадор);

2) парламентская республика – государство, в котором верховная роль в организации государственной жизни принадлежит парламенту. Парламент формирует правительство и вправе в любой момент отправить его в отставку. Президент в таком государстве не имеет каких-либо существенных полномочий (Израиль, Греция, Германия);

3) смешанная республика – в государствах с такой формой правления сильная президентская власть одновременно сочетается с наличием эффективных мер по контролю парламента за деятельностью исполнительной власти в лице правительства, которое формируется президентом с обязательным участием парламента. Таким образом, правительство несёт ответственность одновременно и перед президентом, и перед парламентом государства (Россия, Украина, Португалия, Франция);

4) директория – форма организации верховной власти в виде особой коллегиальной формы управления, в которой исполнительная власть принадлежит нескольким лицам. Термин возник впервые во времена Французской революции, когда по конституции 1795 – 1799 годов, правительство находилось под управлением пяти директоров. В настоящее время такая форма правления существует в Швейцарии, где высшим органом исполнительной власти является Федеральный совет, состоящий из семи членов.

Парламентская республика

Президентская республика

Смешанная республика

1

Статус президента

должность символична, осуществляет представительские функции, все действия и принимаемые акты требуют контрасигнатуры

одновременно глава государства и глава исполнительной власти

глава государства, но выведен из системы разделения властей, является арбитром и гарантом конституции

2

Способ избрания главы исполнительной власти

мандат получает от парламента

мандат получает от народа в ходе всеобщих выборов

3

Порядок формирования правительства

парламентом на основе парламентского большинства

президентом

совместно президентом и парламентом (президент представляет кандидатуру премьер-министра, а парламент его утверждает)

4

Ответственность правительства

перед парламентом

перед президентом (парламент не может выразить вотум недоверия)

одновременно перед президентом и парламентом

5

Наличие у президента законодательной инициативы

отсутствует

обладает

как правило не обладает, но в некоторых странах такое право есть

6

Право вето президента на решения парламента

отсутствует

сильное право вето (преодолевается квалифицированным большинством парламента)

как правило слабое право вето (преодолевается простым большинством парламента), в некоторых странах у президента может быть сильное право вето

7

Право президента распустить парламент

используется в крайнем случае, когда иным образом разрешить проблему невозможно

отсутствует

обладает

8

Наличие поста премьер-министра

имеется

отсутствует

имеется

9

Современные государства

ФРГ, Италия, Австрия

США, Аргентина, Мексика

Франция, Румыния, Россия

4. Нетипичные (смешанные, гибридные) формы правления:

4.1) монархия с республиканскими элементами («республиканская монархия», выборная) – такая монархия имеет главный республиканский признак – систематическую выборность главы государства, однако им не может быть избран любой гражданин, удовлетворяющий избирательным квалификациям и требованиям для президента, а только один из нескольких монархов – правителей составных частей федерации. Подобная нетрадиционная форма правления имеется в ОАЭ и Малайзии, которые по своему государственному устройству являются федерациями, при этом каждая из составных частей (7 эмиратов ОАЭ) или некоторые составные части государства (9 из 13 штатов Малайзии) представляют собой наследственные монархии. Глава государства в целом формируется путём выборов;

4.2) республика с монархическими элементами («монархическая республика», суперпрезидентская) – в современном мире в условиях тоталитарных систем появились республики, которым свойственен важнейший элемент монархии – несменяемость главы государства. Глава государства в такой республике может формально избираться, может назначаться, но реально народ в формировании главы государства участия не принимает. Кроме того полномочия такого главы государства не ограничены, он является пожизненным правителем, более того возможна передача власти по наследству. Впервые пожизненным президентом стал Сукарно в Индонезии, затем пожизненный пост стал занимать президент Югославии Тито, в настоящее время встречается в некоторых странах Азии и Африки (КНДР, Туркменистан при Ниязове, Казахстан, Гамбия). Исторический пример – республики Венеция и Генуя обе с пожизненным дожем;

4.3) теократическая республика (исламская республика) – особая форма республики, где правит мусульманское духовенство, сочетает в себе основные признаки традиционного исламского Халифата и признаки современного республиканского строя. В Иране в соответствии с конституцией 1979 года главой государства является Рахбар – высшее духовное лицо, которое не избирается населением, а назначается специальным религиозным советом (Совет экспертов), состоящим из влиятельных богословов страны. Исполнительную власть возглавляет избираемый населением на альтернативных выборах президент, а законодательную – однопалатный парламент (Меджлис). Кандидаты на должность президента, а также все члены правительства и кандидаты в депутаты Меджлиса утверждаются Советом стражей конституции, который также проверяет законопроекты на соответствие исламскому праву и имеет право наложить вето на любое решение Меджлиса.

5. Формы правления, политические режимы и системы в настоящее время крайне разнообразны. Относительно полный их перечень гораздо шире, нежели монархия и республика. И всё же их стоит перечислить все в алфавитном порядке. Итак:

1) автократия;

2) авторитаризм;

3) анархия;

4) аристократия;

5) бюрократия;

6) геронтократия;

7) демархия;

8) демократия;

9) деспотизм;

10) джамахирия;

11) диархия;

12) диктатура;

13) идеократия;

14) изократия;

15) клептократия;

16) коммунизм;

17) корпоратократия;

18) критархия;

19) марионеточное государство;

20) матриархат;

21) меритократия;

22) милитократия;

23) монархия;

24) ноократия;

25) однопартийная система;

26) олигархия;

27) охлократия;

28) патриархат;

29) петрократия;

30) плутократия;

31) республика;

32) стратократия;

33) талассократия;

34) теллурократия;

35) теократия;

36) технократия;

37) тимократия;

38) тирания;

39) тоталитаризм;

40) хунта;

41) этнократия.

двойной клик — редактировать изображение

6. Особо интересен политический режим в форме тимократии. Тимократия (др.-греч. τῑμοκρᾰτία, от τῑμή «цена, честь» + κράτος «власть, сила») – политический режим, при котором государственная власть находится у привилегированного меньшинства, обладающего высоким имущественным цензом. Является одной из форм олигархии.

Термин «тимократия» встречается у Платона («Государство», VIII, 545) и Аристотеля («Этика», VIII, XII). Также упоминается в трудах Ксенофонта.

По Платону, изложившему идеи Сократа, тимократия – власть честолюбцев, как правило принадлежащих к классу военных, является отрицательной формой правления, наряду с олигархией, демократией и тиранией. Тимократия по Платону имеет тенденцию перехода в олигархию по мере накопления богатства правящим классом. В своём труде «Государство» Платон описывает пять режимов (из которых четыре являются несправедливыми). Тимократия указана как первый «несправедливый» режим. Аристократия перерождается в тимократию, когда из-за просчёта со стороны своего управляемого класса следующее поколение опекунов и вспомогательных лиц включает лиц более низкого порядка (лица с душами из железа или бронзы, в отличие от идеальных опекунов и вспомогателей, у которых есть души из золота и серебра). Тимократия, выбирая своих лидеров, «склоняется скорее к более пылкому и простодушному типу, который лучше подходит для войны». Город-государство Спарта предоставило Платону реальную модель для этой формы правления. Современные наблюдатели могут описывать Спарту как тоталитарное или однопартийное государство, хотя детали, которые мы знаем об этом обществе, приходят почти исключительно от врагов Спарты. Идея милитаризма-стратократии точно отражает фундаментальные ценности спартанского общества.

По Аристотелю, тимократия – положительная форма власти, имеющая тенденцию перехода в отрицательную форму – демократию, ибо эти виды государственного устройства имеют общую грань: тимократия тоже желает быть властью большого числа людей, и при ней все относящиеся к одному разряду равны. Аристотель позже написал в своём сочинении «Никомахова этика» (Книга 8, глава 10) о трёх «истинных политических формах» для государства, каждое из которых могло появиться в коррумпированной форме, став одной из трёх негативных форм. Аристотель описывает тимократию в смысле господства собственников: она включала одну из его истинных политических форм. Аристотелевская тимократия приближалась к конституции Афин, хотя Афины олицетворяли испорченную версию этой формы, называемую демократией.

Примером тимократии считается государственный строй в Афинах, установившийся в VI веке до н.э. в результате реформ Солона, и в Риме – после реформ, приписываемых Сервию Туллию.

Для некоторых форм тимократий характерно действие принципа Питера.

Но всё-таки тимократия лучше (выше) олигархии и несколько ближе к подлинной аристократии.

Обзор практики Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа применения статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при разрешении споров, вытекающих из административных правоотношений

23 августа 2016

Обзор
практики применения статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса
Российской Федерации при разрешении споров,
вытекающих из административных правоотношений
(утв. Постановлением Президиума Федерального арбитражного суда
Восточно-Сибирского округа от 25 июня 2007 г. N 3)

Обстоятельства, включенные в предмет судебного исследования, подлежат доказыванию. Однако из этого общего правила имеется исключение. В соответствии со статьей 69 AПK РФ доказыванию не подлежат преюдициальные и общеизвестные факты.

В силу ч.1 ст.69 АПК: «Обстоятельства дела, признанные арбитражным судом общеизвестными, не нуждаются в доказывании». Общеизвестность обстоятельств устанавливает арбитражный суд при рассмотрении конкретных дел. Для признания факта общеизвестным требуется, чтобы он был известен широкому кругу лиц, в том числе, составу судей, рассматривающих дело.

Частями 2 — 4 ст.69 АПК РФ установлены иные основания освобождения от доказывания — наличие преюдициальных фактов. При том ч.2 указанной статьи устанавливает правила, преюдициальности судебного акта арбитражного суда. Часть 3 содержит правило о преюдициальности решения суда общей юрисдикции для арбитражного суда, а часть 4 — о преюдициальности приговора суда общей юрисдикции.

Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение. Такое положение существует до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти факты, не будет отменен в порядке, установленном законом.

Преюдициальность имеет свои объективные и субъективные пределы. По общему правилу объективные пределы преюдициальности касаются обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному делу. Среди этих фактов могут быть те, которые оказались бесспорными, и те, которые суд ошибочно включил в предмет доказывания по делу. В любом случае все факты, которые суд счел установленными во вступившем в законную силу судебном акте, будут обладать преюдициальностью.

Субъективные пределы — это наличие одних и тех же лиц, участвующих в деле, или их правопреемников в первоначальном и последующем процессах.

Обстоятельства, установленные административными органами, органами следствия и прокуратуры, не являются преюдициальными и подлежат доказыванию в арбитражном суде. Вместе с тем акты указанных органов, будучи письменными доказательствами, могут быть (а иногда должны быть) включены в процесс арбитражного разбирательства.

Сложность в применении положений ч.2 ст.69 АПК РФ заключается в отсутствии единого толкования судьями разных инстанций понятия «обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом».

Институт преюдиции не всегда правильно применяется арбитражными судами. Применение этого института арбитражными судами по делам, возникающих из административных правоотношений, должно быть юридически обоснованным, поскольку ошибочное применение либо неприменение преюдиции приводит к неправомерному освобождению от доказывания либо, наоборот, к дополнительному обременению одной из сторон спора доказыванием отдельных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии с ч.2 ст.69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Преюдициальное значение могут иметь только юридические факты материально-правового содержания, но не те факты, установление которых имеет процессуальное значение.

Общество обратилось в суд с требованием о признании недействительным постановления налогового органа о взыскании задолженности по налогам за счет имущества налогоплательщика. Решением суда заявление было удовлетворено частично, поскольку, по мнению суда, инспекцией была нарушена процедура взыскания налогов и пеней за счет имущества налогоплательщика.

В кассационной жалобе налоговый орган просил отменить решение суда и отказать в удовлетворении заявления, ссылаясь на преюдициальное значение решения суда, вступившего в законную силу, которым налогоплательщику было отказано в признании решения и постановления, на основании которых вынесено постановление о взыскании налоговых санкций, незаконным.

Суд кассационной инстанции, оставляя решение без изменения, обоснованно указал, что по делу о признании решения и постановления незаконными, не исследовались конкретные обстоятельства, имеющие значение для дела, основанием для отказа в признании решения недействительным по другому делу послужил пропуск срока на подачу заявления в суд, поэтому оснований для применения преюдиции не имеется (А 74-3004/04-9-Ф02-6987/05-С1).

Преюдициальным является обстоятельство, имеющее значение для правильного рассмотрения дела, установленное судом и изложенное во вступившем в законную силу судебном акте по ранее рассмотренному делу между теми же сторонами, а не обстоятельство, которое должно быть установлено. При этом следует иметь в виду, что обстоятельства, хотя и отраженные в судебном акте, также могут не иметь преюдициального значения, если они не исследовались, не оценивались, не входили в предмет доказывании.

Предприниматель обратился в суд с заявлением о признании незаконным решения налогового органа. Решением суда требование было удовлетворено, поскольку, по мнению суда, предпринимателем обоснованно была применена льгота по НДС.

В кассационной жалобе налоговый орган просил отменить решение суда первой инстанции и отказан, в удовлетворении заявления, ссылаясь на преюдициальное значение решения суда, вступившего в законную силу, которым с налогоплательщика были взысканы штрафные санкции.

Суд кассационной инстанции, оставляя решение суда без изменения, обоснованно указал, что по делу о взыскании налоговых санкций не исследовался вопрос о предоставлении налогоплательщику льгот на основании пп.5 п.2 ст.149 ПК РФ. Судом кассационной инстанции был сделан правомерный вывод об отсутствии преюдициальных фактов, поскольку вопрос о предоставлении льготы не был исследован и не установлен судебным актом по другому делу (А19-10052-06-9-Ф02-4229/06-С1.)

ГАРАНТ:

По-видимому, в предыдущем абзаце допущена опечатка. Вместо «ПК РФ» имеется в виду «НК РФ»

Таким образом, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом о взыскании налоговой санкции, не всегда имеют преюдициальное значение при рассмотрении впоследствии спора о признании недействительным решения налогового органа о привлечении к налоговой ответственности, когда суд при рассмотрении дела о взыскании налоговой санкции не конкретизировал в судебном акте, какие факты были им исследованы и установлены.

Поскольку в предмет доказывания по рассмотренному арбитражным судом делу не входило установление обстоятельств, связанных с правильностью или неправильностью заявленного декларантом кода ввезенного товара, следовательно, выводы арбитражного суда о правильности его классификации нельзя признать преюдициально установленными фактами, и при рассмотрении спора стороны не освобождались от доказывания обстоятельств, на которые они ссылались в обоснование своих требований и возражений. Данные обстоятельства должны быть исследованы судом и подлежат правовой оценке.

По делу N А19-19720/03-28-Ф02-1419/05-С1 общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения таможенного органа о классификации товара в соответствии с ТН ВЭД.

Решением суда заявленное требование удовлетворено. Суд исходил из того, что заявленный декларантом код товара является достоверным, правильность его классификации подтверждена ранее принятыми судебными актами по делу N А19-13216/03-28.

Суд кассационной инстанции решение отменил, а дело — направил на новое рассмотрение, указав следующее.

Арбитражным судом неполно установлены фактические обстоятельства дела, в материалах дела отсутствуют документы, на основании которых определен код спорного товара декларантом в ГТД и принято решение о классификации товара в соответствии с ТН ВЭД, доказательства, подтверждающие достоверность или недостоверность сведений о коде товара, заявленных декларантом, имеющие значение для вывода о действительности или недействительности оспариваемого решения таможенного органа о классификации товара в соответствии с ТН ВЭД, судом не исследованы.

Суд кассационной инстанции признал необоснованной ссылку арбитражного суда на преюдициальность судебных актов по ранее рассмотренному делу N А19-13216/03-28, указав, что судебными актами по названному делу признано незаконным и отменено постановление таможенного органа по делу об административном правонарушении. Обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора по делу N А19-13216/03-28, установлены в судебных актах применительно к основаниям административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.16.2 КоАП РФ, и сделан вывод об отсутствии таковых, поскольку указание в таможенной декларации неправильного кода ТН ВЭД, если это не сопряжено с заявлением при описании товара недостоверных сведений о количестве, свойствах и характеристиках товара, влияющих на его классификацию, не можем быть отнесено к противоправному деянию, образующему объективную сторону указанного правонарушения

Таким образом, в предмет доказывания по делу N А19-13216/03-28 не входило установление обстоятельств, связанных с правильностью или неправильностью заявленного декларантом кода ввезенного товара. Следовательно, соответствующие выводы судов о правильности его классификации нельзя признать преюдициально установленными фактами, в связи, с чем при рассмотрении настоящего спора стороны не освобождаются от доказывания обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений. Данные обстоятельства должны быть исследованы судом и им необходимо дать правовую оценку.

Факты приобретают качество достоверности и незыблемости и тем самым становятся преюдициальными, если они исследованы и отражены в судебном акте. Поэтому является правильным применение преюдиции, при установлении судом фактов, закрепленных в мотивировочной части судебного акта и не подлежащих повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами.

Налоговый орган обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с предпринимателя налоговых санкций.

Решением суда, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, требования налогового органа удовлетворены.

Не согласившись с судебными актами, предприниматель обратился с кассационной жалобой. По мнению предпринимателя, суд необоснованно руководствовался ч.2 ст.69 АПК РФ.

Оставляя судебные акты без изменения, суд кассационной инстанции указал, что судом первой инстанции обоснованно принято во внимание решение арбитражного суда по делу N А19-7226/05-40, имеющее для рассматриваемого дела преюдициальное значение.

Как следует из материалов дела, решением арбитражного суда предпринимателю отказано в удовлетворении требований о признании незаконным решения налогового орган. Судом установлено, что предпринимателем допущено занижение сумм налога на добавленную стоимость в результате неправомерного применения налоговых вычетов по счетам-фактурам, заполненных с нарушением требований статьи 169 НК РФ. Вышеизложенные обстоятельства суд обоснованно признал имеющими преюдициальное значение (дело N А19-15737/05-12-Ф02-3401/06-С1).

Необоснованной является позиции арбитражных судов о применении преюдиции при рассмотрении налоговых споров, когда обоснованность решений проверена по результатам камеральной проверки, а оспаривается решение, вынесенное по результатам выездной проверки, хотя проверяется один налоговый период.

По делу N А19-12684/05-44-Ф02-6325/05-С1, удовлетворяя заявленные предпринимателем требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ч.2 ст.69 АПК РФ, пришел к выводу о подтверждении вступившими в законную силу судебными актами, принятыми по делам NN А19-15310/03-5, А19-4843/04-15, А19-16893/03-43, А19-16893/03-43, А 19-4844/04-24, неправомерности отказа налогового органа в возмещении НДС за периоды 2003 года, уплаченного налогоплательщиком при приобретении экспортируемого товара.

Отменяя данный судебный акт, суд кассационной инстанции указал, что предметом рассмотрения судебных дел NN А19-15310/03-5, А19-4843/04-15, А19-16893/03-43, А19-16893/03-43, А 19-4844/04-24 являлись законность и обоснованность решений налогового органа, принятых по результатам рассмотрения материалов камеральных налоговых проверок представленных предпринимателем деклараций но НДС по ставке 0 процентов за отдельные налоговые периоды.

При рассмотрении указанных дел арбитражным судом сделан вывод об отсутствии в действиях налогоплательщика фактов недобросовестности, доказательств иного налоговым органом не представлено.

Сославшись на преюдициальность решений по данным делам, суд, тем не менее, не указал, какие фактические обстоятельства установлены данными решениями и соответствуют ли данные обстоятельства доказательствам, представленным налоговым органом по настоящему делу.

Вместе с тем недоказанность, налоговым органом в действиях налогоплательщика признаков недобросовестности в рамках проведения камеральных налоговых проверок не исключает возможность доказывания данных фактов в рамках проведения выездной налоговой проверки, являющейся иной формой налогового контроля.

Как следует из решения, налоговым органом проведены встречные проверки поставщиков предпринимателя, по результатам которых установлены следующие факты: отсутствуют сведения о местонахождении поставщиков, по адресам, указанным в представленных предпринимателем счет-фактурах, поставщики отсутствуют, сведения о наличии транспортных средств поставщиков также отсутствуют.

Доводы о недостоверности данных, содержащихся в счетах-фактурах поставщиков предпринимателя, приведенные налоговым органом в обоснование принятого по результатам проведенной выездной налоговой проверки решения, не исследованы судом при рассмотрении настоящего спора.

Налоговым органом также приводились доводы об отсутствии документов, служащих основанием для оприходования полученного предпринимателем товара и его учета.

Поскольку указанные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, не проверялись судом, обжалуемый судебный акт отменен с направлением дела на повое рассмотрение.

Позиция арбитражных судов, применяющих преюдицию автоматически без исследования вопроса об установленности вступившими в законную силу судебными актами обстоятельств, является неправомерной.

В постановлении по делу N А19-30139/05-18-Ф02-2651/06-С1 суд округа, отменяя постановление апелляционной инстанции, указал, что суд кассационной инстанции лишен возможности проверить законность обжалуемого судебного акта и правильность применения норм материального и процессуального права, так как мотивировочная часть обоснования вывода суда о фиктивности сделок налогоплательщика с поставщиком и мотивы отказа в удовлетворении требований общества отсутствуют. Ссылка суда на преюдициальность установления факта регистрации поставщика общества по поддельным документам другим судебным актом по другому делу не может быть принята судом кассационной инстанции, поскольку предметом исследования по другому делу было иное решение налогового органа.

По делу N А19-8528/04-51-32-5-Ф02-3869/06-С1, суд кассационной инстанции, отменяя судебные акты, указал, что вывод, арбитражного суда о преюдициальности обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением арбитражного суда по делу N А19-29943/04-5, сделана с нарушением положений ч.2 ст.69 АПК РФ, так как указанное дело рассмотрено между другими сторонами.

Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным липом. Правовой вывод суда общей юрисдикции, основанный на указанных фактических обстоятельствах, о том, что полученный доход не подлежит налогообложению, не является обязательным для арбитражного суда.

Предприниматель обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными решения и требования налогового органа.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, заявленные требования удовлетворены.

Как следует из материалов дела, предприниматель привлечен к ответственности по п.1 ст.119 и п.1 ст.122 ПК РФ, а также ему предложено уплатить начисленную проверкой сумму подоходного налога и пени за его несвоевременную уплату.

По-видимому, в предыдущем абзаце допущена опечатка. Вместо «ПК РФ» имеется в виду «НК РФ»

Из материалов проверки следует, что основанием для начисления предпринимателю подоходного налога, соответствующих сумм пеней и штрафа послужило получение им дохода, в том числе от продажи квартир, принадлежащих ему на праве собственности, и от оказания риелторских услуг.

Судебные инстанции, удовлетворяя требования предпринимателя о признании решения и требования налогового органа недействительными, признали неправомерным начисление предпринимателю подоходного налога в связи с совершением сделок купли-продажи квартир, находившихся в его собственности, а также в собственности других лиц. При этом суд исходил из преюдиции вынесенных в отношении предпринимателя оправдательных приговоров по уголовным делам.

Отменяя частично судебные акты по данному делу, суд кассационной инстанции указал, что в соответствии с ч.4 ст.69 АПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Согласно имеющимся в материалах дела копиям приговоров городского суда предприниматель был оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п.»б» ч.2 ст.171 и ч.1 ст.198 УК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления.

Указанными оправдательными приговорами установлено, что предприниматель приобрел в собственность и реализовал квартиры, получив доход, а также на основании доверенностей от своего имени, но в интересах граждан совершил сделки по продаже квартир, но дохода в результате этих сделок не получил.

Поскольку вступившими в законную силу приговорами суда не установлено получение предпринимателем дохода от совершения сделок по реализации квартир, принадлежащих другим лицам, то арбитражный суд па основании ч.4 ст.69 АПК РФ обоснованно признал недействительными решение и требование налогового органа в части начисления подоходного налога, соответствующих сумм пеней и налоговых санкций по данному эпизоду.

Между тем, признавая неправомерным начисление подоходного налога от операций по приобретению в собственность и последующей реализации квартир, арбитражный суд неправильно применил нормы материального и процессуального права.

Правовой вывод суда общей юрисдикции о том, что полученный доход не подлежит налогообложению, не является обязательным для арбитражного суда.

Из материалов налоговой проверки и оправдательных приговоров суда следует, что в течение 2000 года предприниматель осуществил сделки по приобретению и реализации четырех квартир и получил доход от реализации каждой из квартир.

Следовательно, доход, полученный в результате осуществления такой деятельности, подлежал обложению в соответствии с Законом РФ «О подоходном налоге с физических лиц», по смыслу которого обложению подоходным налогом подлежат доходы физических лиц, полученные от реализации принадлежащего им имущества.

Арбитражный суд правильно указал, что налоговым органом не подтверждено волеизъявление предпринимателя на уменьшение дохода, полученного от реализации квартир, на сумму документально подтвержденных расходов, поэтому налогообложение дохода, полученного в результате совершения сделок по приобретению и реализации квартир, должно осуществляться в соответствии с пп.»т» п.1 ст.3 Закона РФ «О подоходном налоге с физических лиц».

Суд кассационной инстанции отменил судебные акты в части удовлетворения требований предпринимателя о признании недействительным решения и требования налогового органа в части взыскания подоходного налога, исчисленного с дохода от продажи квартир, принадлежащих ему на праве собственности, и пени за несвоевременную уплату налога.

Вступившим в законную силу приговором городского суда предприниматель был оправдан по обвинению в уклонении от уплаты налогов с физического лица в крупном размере за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.198 УК РФ, поэтому он не подлежит привлечению и к ответственности за неуплату налога, предусмотренной п.1 ст.122 ПК РФ. В связи с чем, арбитражный суд правомерно признал недействительными решение и требование налогового органа в части взыскания титра фа.

По-видимому, в предыдущем абзаце допущена опечатка. Вместо «ПК РФ» имеется в виду «НК РФ»

В связи с получением в 2000 году дохода, подлежащего налогообложению, предприниматель обязан был представить в налоговую инспекцию декларацию о доходах за 2000 год не позднее 30 апреля 2001 года.

Поскольку такая налоговая декларация не была представлена, налоговый орган правомерно привлек предпринимателя к ответственности в виде штрафа. Поэтому арбитражный суд необоснованно признал недействительными решение и требование налогового органа в данной части (А33-976/02-С3А-Ф02-4071/04-С1).

Обстоятельства, установленные административными органами, органами следствия и прокуратуры, не являются преюдициальными и подлежат доказыванию в арбитражном суде. Вместе с тем акты указанных органов, будучи письменными доказательствами, могут быть (а иногда должны быть) привлечены к арбитражному разбирательству.

Суд кассационной инстанции в постановлении по делу N А78-4997/03-С2-8/537-Ф02-3167/05-C1 указал, в соответствии с ч.3 ст.64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Согласно ч.1 ст.168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований им возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены.

Таким образом, отсутствие у постановления о прекращении уголовного дела характера обязательности для арбитражного суда не устраняет обязанность суда непосредственно исследовать и оценить доказательства, на которые ссылалась налоговая инспекция и которые имелись в материалах уголовного дела. Поэтому судебные акты были отменены и дело направлено на новое рассмотрение.

Обстоятельства наличии законные нрав организации на спорные объекты недвижимости были предметом доказывания по рапсе рассмотренному арбитражным судом делу, в котором участвовали те же лица, в связи, с чем они правильно признаны в силу ч.2 ст.69 АПК РФ преюдициальными и не подлежали доказыванию вновь.

По делу N А33-18267/04-С2-Ф02-1845/2007 организация обратилась в суд с заявлением о признании недействительными приказов Управления имущественных отношений, согласно которым имущество в виде нежилых зданий признано объектом государственной собственности и закреплено на праве оперативного управления за государственным учреждением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования частично, принял во внимание преюдициальное значение для данного дела обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением арбитражного суда по ранее рассмотренному делу N А33-4214/2006 по иску организации к Управлению имущественных отношений о признании нрава собственности на спорные объекты недвижимости.

Решением суда по делу N А33-4214/2006 признано право собственности организации на часть нежилых зданий, относящихся к спорным объектам недвижимости, переданных организации в установленном законом порядке. Этим же решением суда отказано в признании нрава собственности организации на другую часть нежилых зданий, являющихся вновь возведенными объектами недвижимости, в связи с недоказанностью организацией факта их строительства и сдачи в эксплуатацию в порядке, определенном действующим законодательством.

С учетом установленных по делу N А33-4214/2006 обстоятельств суд признал оспариваемые приказы в части, касающейся объектов недвижимости, переданных организации в установленном законом порядке, не соответствующими статье 209 ГК РФ и нарушающими права собственника имущества,

В то же время, отказывая в удовлетворении требований организации о признании недействительными оспариваемых ненормативных правовых актов в остальной части, суд исходил из недоказанности законных прав заявителя на вновь возведенные объекты недвижимости.

В кассационной жалобе организация, не соглашаясь с выводами суда в части отказа в удовлетворении заявленных требований, указала на то, что судом не исследованы обстоятельства и основания, по которым спорные объекты недвижимости признаны государственной собственностью.

Суд кассационной инстанции посчитал правомерными выводы суда первой инстанции, основанные на юридических фактах, установленных решением арбитражного суда по делу N А33-4214/2006 и не подлежащих доказыванию вновь по рассматриваемому делу согласно ч.2 ст.69 АПК РФ.

Обязательным условием для принятия решения об удовлетворении заявленных требований о признании ненормативных правовых актов органов местного самоуправления недействительными является установление судом совокупности юридических фактов: нарушения данными актами законных прав и интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности и несоответствия данных актов закону (ч.2 ст.201 АПК РФ).

Поскольку обстоятельства наличия (отсутствия) законных прав организации на спорные объекты недвижимости были предметом доказывания по ранее рассмотренному делу и установлены в решении суда по делу N А33-4214/2006, в котором участвовали одни и те же лица, они правильно признаны в силу ч.2 т.69 АПК РФ преюдициальными, в связи, с чем не подлежали доказыванию вновь.

Вступившее в законную силу решение суда обшей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, но вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле (ч.3 ст.69 АПК РФ). Правовая оценка судом общей юрисдикции действий лица, на которой основан вывод об отсутствии (наличии) состава административного правонарушения, не может рассматриваться в качестве обстоятельства, имеющего преюдициальное значение для арбитражного суда, рассматривающего другое дело, вытекающее из административных правоотношений.

По делу N А19-9744/04-27-Ф02-6619/06-C1 общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления налоговой инспекции о привлечении к административной ответственности, предусмотренной статьей 14.5 КоАП РФ.

Суд первой и апелляционной инстанций, отказывая в удовлетворении требований, признал доказанным факт совершения обществом административного правонарушения и наличия вины общества в сто совершении.

Суд кассационной инстанции согласился с выводами судов, и признал несостоятельным довод общества о необоснованном неприменении при рассмотрении данного дела выводов, содержащихся в решении суда общей юрисдикции, принятом по жалобе должностного лица общества на постановление налоговой инспекции о привлечении его к административной ответственности на основании ст.14.5 КоАП РФ.

Предметом рассмотрения по настоящему делу являлось постановление налоговой инспекции по делу об административном правонарушении, вынесенное в отношении юридического лица. Обстоятельства наличия события рассматриваемого правонарушения и наличия либо отсутствия вины в действиях юридического лица решением суда общей юрисдикции не устанавливались.

Аналогично применены положения ч.3 ст.69 АПК РФ по делу N A33-24908/04-С6-Ф02-3465/05-С1.

Такой подход к определению обязательности решений суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу для арбитражного суда представляется правильным с учетом объективных и субъективных пределов преюдициальности, которая распространяется на обстоятельства, установленные судом общей юрисдикции и имеющие отношение лишь к лицам, участвующим в деле.

Необходимо также учитывать, что обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, устанавливаются судом на основании доказательств по делу, содержащих сведения о фактах (ч.1 ст.64 АПК РФ).

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ: